Что касается ловчих ям, то, на мой взгляд, это такая архаика, к охоте на территории России вряд ли имеющая отношение, хотя в литературе описываются самые разные способы ловли, к примеру, волков в ледяные ямы. По крайней мере я даже не слышал, чтоб кто-то где-то их копал в обозримом прошлом. Не исключено, ими пользовались в Африке, где по саванне бродят стада зверей, но рыть их у нас, к примеру, на тропах неэффективно и слишком трудоемко. Во-первых, яма должна быть глубокой, до четырех-пяти метров, дабы зверь не выпрыгнул. Лось, например, преодолевая заборы, делает скачок вверх на задних ногах до полутора метров.

Эта небольшая серо-пестрая, рябая птица когда-то тоже относилась к основной промысловой и густо населяла лесную и лесостепную зону России. Рябчик не кормится возле человека, поэтому не так пострадал от сельхозхимии, но зато досыта вкусил прочей заразы, которую сыпали с самолетов на лес (в шестидесятых таким образом пытались избавляться от лиственного молодняка, дабы росли хвойные породы). И все-таки выжил, хотя его числен - ность упала втрое, и сейчас добывается промысловым образом весьма редко и мало, по крайней мере, того обилия рябчика, что было в специализированных магазинах «Дары природы», уже нет и не будет. Да и сети самих магазинов нет… Оперение у них таково, что отличить самца от самки можно лишь по красным, выразителным бровям, однако добычу его можно вести без ущерба поголовью самочек. В октябре, когда выводки распадаются и рябчики разбираются по парам (ложный гон), на манок, настроенный под свист самки, летят (и бегут по земле) только самцы.

Это самый распространенный вид охотничьего оружия и, пожалуй, самый древний, ибо гладкий ствол, «первобытная» труба, дожил до наших дней. Специалисты насчитывают более тысячи оригинальных образцов гладкоствольного охотничьего оружия, произведенного в разные годы и в разных странах, поэтому выделить лучшие из них затруднительно, поскольку каждый охотник подбирает ружье под себя – под вид охоты, под свой опыт, стрелковую подготовку, под свое здоровье. До начала XX века, например, американскими оружейниками выпускались дробовые ружья, так называемые утятницы и гусятницы от 2-го до 10-го калибров, то есть диаметр стволов был как у пушки – 26 миллиметров. Вообще США всю свою коротенькую историю отличались непомерной хищностью, умудрившись истребить практически всю дичь, имеющуюся на континенте, спохватившись после чего, начали организовывать национальные парки и еще при этом учить другие страны, как надо относиться к флоре и фауне. Из таких «утятниц» на больших реках, озерах и прибрежных вод морей и океанов били зимующих там гусей и уток – за один выстрел до сотни штук! Мало того, из-за невозможности удержать такое ружье в руках его укрепляли на лодке и даже собирали в батарею до семи штук и давали залп.

Нерентабельность нынешнего охотничьего промысла во многом связана с большими затратами на транспорт и перевозку грузов, поскольку охотугодья – это всегда отдаленные, бездорожные, а то и малопроходимые таежные районы. Если еще полста лет назад штатник передвигался в основном, на казенной лошади (своих держать запрещалось), весельной лодке или пешим порядком, то сейчас механизация и топливо делают охоту убыточной. Был у отца сельповский мерин Семен девятнадцати лет от роду, который настолько привык к охоте, к стрельбе, иногда над самым ухом, что даже не вздрагивал. А напротив, коли был под седлом, то перед выстрелом замирал, чтоб не помешать всаднику. Батя иногда шутил, дескать, он скоро у меня и лаять начнет.